Нажмите "Нравится" чтобы следить за страницей CultLook
Нажмите "Подписаться", чтобы следить за новостями CultLook
Марк Доз
Перевод: Ксения Каменева
Соучастие, контаминация, бриколаж
обзор ключевых компонентов цифровой культуры

авторизованный перевод

ЧАСТЬ 1 и ЧАСТЬ 2
Соучастие
Контаминация
Бриколаж
Заключение
1
Соучастие
Учитывая опасения разрозненного общества и общие изменения в традиционном социальном капитале, выраженные в снижении уровня доверия людей политикам, таким общественным институтам как церковь и государство (подробный обзор смотреть здесь: Putnam, 2004), может показаться нелогичным утверждение, что культура становится более активной и открытой к соучастию. Норрис зафиксировал, что утверждения Путнема не находят подтверждения в международных данных, в особенности те, что касаются отношения между пользователями медиа, информационными и коммуникативными технологиями и гражданской активности.

Некоторые авторы ставят под сомнение рабочую установку Путнема, считая её довольно узкой и недальновидной для определения состава «социального капитала».
Norris, Pippa
2001. The virtious citizen. Oxford: Oxford University Press.
Putnam, Robert
ed. 2004. Democracies in Flux: The Evolution of Social Capital in Contemporary Society. Oxford: Oxford University Press.
Я же критикую Путнема за то, что он косвенно объединяет гражданскую активность и социальное единение и ищет «отсутствие различия», в то время как современное понимание соучастия требует прямого признания феномена «гипер социальности», когда всё социальное состоит из объединённого сетью индивидуализма, «расширяющего возможности индивидуумов по перестройке структур социальности снизу доверху».
Bauman, Zygmunt
Bauman, Zygmunt. 2000. Liquid modernity. Cambridge: Polity Press.
(На русском: Бауман З. Текучая современность — Санкт-Петербург: Питер, 2008. — 240 с.)
Castells, Manuel
Castells, Manuel. 2001. The Internet galaxy. Oxford: Oxford University Press.

На русском: Кастельс М. Галактика Интернет: Размышления об Интернете, бизнесе и обществе. — Екатеринбург: У-Фактория (при участии Гуманитарного ун-та), 2004. — 328 с. (стр. 160)
Широкое определение концепта соучастия в современном обществе раскрывает куда более богатую палитру значений, нежели Путнем желал принять, это возвращает нас в область цифровых медиа и связанной с ними культуры равноправного соучастия.

Ещё с середины XX века стали появляться относительно успешные «альтернативные» медиа, иногда вступавшие в символические отношения с другими формами медийных сообществ. Кто-то может вспомнить пиратские радиостанции, мелко-форматные печатные издания, локальные газеты и радиостанции, появившиеся в 1980-х годах на базе разных сообществ электронные доски объявлений (BBS – Bulletin Board Systems), сетевые новостные группы, и позже и другие сетевые жанры, такие как сайты и порталы сообществ, групповые блоги, добровольные новостные услуги и т.д.
Соучастие необходимо рассматривать как определяющий принцип цифровой культуры с появлением Независимых Медиа-центров. Именно они демонстрируют стремление к открытым публикациям (кто угодно может пополнять контент сайта), совместному онлайн и офлайн медийному производству (веб-сайтов, печатных новостей, аудио и видео) и открытому процессу принятия решений (доступному благодаря открытому для пользователей списку рассылок и чатам).

Исследователи альтернативных и гражданских медиа не приняли во внимания один факт, о котором следует упомянуть в рамках этого эссе: значительная часть того, что делают ориентированные на сообщество и открытые к соучастию медиа, происходит внутри ведущих медийных организаций. Работа Дженкинса показывает в частности, что коммерческие корпорации (от воодушевляющих фанатских фильмов «Звёздные воины» Джорджа Лукаса и до продюсерских телевизионных реалити шоу «Выживший», активно участвующих в так называемых «спойлерских» дискуссионных форумах), хотя бы частично можно считать сообщниками медийной культуры соучастия.
Смотреть:
Atton, Chris. 2001. Alternative Media. London: Sage.

Rodriguez, Clemecia. 2001. Fissures in the mediascape: an international study of citizen's media. Cresskill, NJ: Hampton Press.
Jenkins, Henry
2004. The cultural logic of media convergence. International Journal of Cultural Studies 7(1): 33–43.
Уровень соучастия в процессе производства контента постепенно возрастает на протяжении последнего столетия, но более интерактивно или «диалогично» воспринимать функционирование медиа по-прежнему остаётся проблематичным для профессионалов из этой индустрии. Некоторые обозреватели медийной индустрии призывают ведущую журналистику готовиться к наступлению эпохи «мы-медиа» и открытых для соучастия новостей. Писатель Гилмор предсказывает этот процесс:
Новости развиваются в совместной деятельности, основанной на соучастии. Кто угодно может быть журналистом. Новости развиваются в совместной деятельности, основанной на соучастии. Кто угодно может быть журналистом. Равнонаправленный способ подачи новостей затмит иерархично устроенные новости, в которых повествование ведёт «бизнес» и адресует своё сообщение «потребителям». Согласно Американскому Институту прессы, «медиакомпании должны переосмыслить формы повествования, чтобы оставаться наплаву в борьбе за внимание потребителей […] им также следует с уважением и трепетом реагировать на созданный пользователями контент
Дэн Гиллмор «Grassroots Journalism by the People, for the People»
Дженкинс называет этот сдвиг в сторону интегрированного процесса производства «культурным сближением», процессом развития «новой народной культуры соучастия», предоставляющим каждому среднестатистическому человеку инструменты, необходимые для архивирования, комментирования, присвоения и повторного распространения контента. Прозорливые компании задействуют эту культуру для поддержания лояльности потребителей и создания малобюджетного контента». Примером тому может служить сделанное в апреле 2005 года заявление Руперта Мёрдека – главного исполнительного директора международного медиа-холдинга News Corporation – о начале включения блогеров в веб-сайты подчинённых ему организаций: «нашим веб-сайтаом всё ещё много над чем нужно работать, чтобы оставаться конкурентоспособными. Для кого-то они могут стать площадкой для коммуникации […] Нам необходимо стать целью, конечным пунктом, куда будут стремиться блогеры» (онлайн).
У соучастия имеется и политическое измерение. Оно связано со сдвигом в гражданской идентичности в западных странах с выборной демократией: с преобразованием довольно пассивного, «информированного» населения в знающее о своих правах, волюнтаристски настроенное и контролируемое государством гражданское общество
Смотреть:
Schudson, Michael. 1995. Creating public knowledge. Media Studies Journal, 9(3), 27-32.

Hartley, John. 1996. Popular reality: journalism, modernity and popular culture. London: Arnold.
Как отметили Шадсон и Норрис, этот переход, происходивший с середины ХХ до начала XXI века, повлёк за собой появление граждан, все сильнее желающих и способных высказываться о своих желаниях и заявлять о своём месте в обществе. Однако поступая так (часто только так), они ставили под угрозу свои личные интересы (в том числе семейные интересы, интересы сообщества, региональные и отдельные глобальные вопросы).
Смотреть:
Schudson, Michael. 1998. The public journalism movement and its problems. The politics of news. The news of politics, 132-149.
В данном контексте Веллман отметил произошедший в ХХ веке переход от групповых к так называемым глокальным отношениям на работе и внутри сообщества. «Глокализацию» он определил как «сочетание интенсивного локального и обширного глобального взаимодействия».

Соучастие уходит своими корнями также и в субкультуру, действующую по принципу "do-it-yourself" (сделай-это-сам), особого расцвета достигшую в 1990-е годы, когда люди активно заявляли о своём праве быть услышанными, не желая оставаться адресатами, к которым обращают свою речь, как это происходило в системе вещания традиционных средств массовой информации. Хартли описывает, как основанное на принципе "do-it-yourself" гражданство, противостоявшее модели культурного гражданства, отвечавшего запросам эпохи средств массовой информации, сейчас тоже включает такие элементы, как взаимозависимость, солидарность, взаимодействие и свобода выбирать, к кому ты принадлежишь.

Есть риск поддаться искушению и обвинить живущих в современных (западных) капиталистических демократиях людей в том, что они стали самодовольными и безразличными ко всему потребителями, одержимыми покупками, просмотром реалити-шоу и мыльных опер, чтением новостей о знаменитостях. И если пользоваться узким определением социального и гражданского участия, можно сказать, что они предпочли уединиться в медийных пространствах узкой направленности.
Смотреть:
Schudson, Michael. 1998. The public journalism movement and its problems. The politics of news. The news of politics, 132-149.
Hartley, John
2002. Communication, cultural and media studies: the key concepts. 3rd edition. London: Routlegde.
Понимая этот аргумент расширенно, кажется ясным, что люди не только ждут от медиа вовлечения, но и сами активно ищут способы подключиться, принять участие в них, по-разному используя и создавая медиа. Интернет на ряду со многими другими развивающимися социальными организациями можно назвать ускорителем обозначенной тенденции.
Мы должны понимать Интернет как комплекс социальных сетей со своей инфраструктурой и особенностями в использовании, а не как застывший медиум, достигший определённого этапа исторического развития. (NB)

Культура соучастия (participatory culture) всё больше и больше переводится в распространённый по всему миру формат домашней сети соединённых между собой компьютеров (а последнее время и мобильных устройств), подключённых к Интернету. Признание культуры с совместным авторством (participatory authorship) произошло благодаря разработчикам программного обеспечения, представившим концепт «открытого» дизайна.
Примечание:
Стоит сравнить работу Холла о «старых» и «новых» этнических идентичностях и работу Томаса и Виатта (Thomas and Wyatt, 1999) о предыдущих и текущих образцах дизайна и пользования Интернетом:
  • Hall, Stuart. 1997. Old and new identities, old and new ethnicities. In Culture, globalization and the world-system, ed. Anthony King, pp.41-68. Minneapolis: University of Minnesota Press.
  • Thomas, Graham, and Sally Wyatt. 1999. Shaping Cyberspace—interpreting and transforming the Internet. Research Policy 28: 681–698.
Развитой формой этого типа дизайна является движение Open Source Movement, работающее по принципу разделяемого доступа к программному обеспечению и пользованию (или лучше сказать настраиванию), чтобы с помощью индивидуальных доработок сделать продукт более удобным для глобального пользования. С начала 1990-х годов в индустрии видео игр признают необходимость вирусного маркетинга и контроля пользователей в процессе разработки продукта путём досрочного выпуска исходного кода игры, предложения бесплатных версий игр и вовлечения фан-сообществ для получения от них сведений.

Необходимость соучастия пользователей в процессе разработки продукта был признан и в других секторах экономики, в том числе в маркетинге, менеджменте и новостных средствах массовой информации. В самом деле соучастие как смыслополагающая ценность имеет особенные показатели в области Интернета, особенно яркими примерами чего служат индивидуальный и коллективный блоггинг. Данлоп обобщает идеи о политическом и культурном измерениях блогов, благодаря которым они действительно влияют на наше понимание демократии, журналистики и других существующих в обществе национальных экспертных систем:
Смотреть:
  1. Bar, Francois, and A. M. Riis. 2000. Tapping User-Driven Innovation: A New Rationale for Universal Service. The Information Society 16(2): 99-108.
  2. Bowman, Shaun, and Chris Willis. 2003. We Media: how audiences are shaping the future of news and information. The Media Center at The American Press Institute thinking paper.
  3. Von Hippel, Eric. 2005. Democratizing innovations. Boston: MIT Press.
Dunlop, Tim
Некоторым веб-блоги (или как повсеместно сокращают это слово, блоги) кажутся глупой забавой, увлечением, которое когда-нибудь себя изживёт; это лишь забава и незачем чересчур ею восхищаться. Другими же блоги воспринимаются как перерождение представительной демократии, новая форма журналистики и даже как пристанище для новых интеллектуалов
Тим Данлоп «If you build it they will come: blogging and the new citizenship»
Соучастие, не в последнюю очередь активированное и усиленное соединением с Интернетом в режиме реального времени, носит впрочем, волюнтаристский, непоследовательный характер, поддерживается за счёт частных интересов и является основным компонентом цифровой культуры. Я не утверждаю, что это «хорошо» или прогрессивно по сравнению с другими способами производства и оборота значений, но у меня есть ощущение, что соучастие – это то, чего люди ожидают от тех сторон социальной жизни, в которые они желают включиться.
2
Контаминация
В работе, посвящённой контаминации (ремедиации) Болтер и Грузин рассуждают, как каждое новое, уже преобразованное медийное средство воспроизводит старое, в то время как старые медиа обновляют себя в попытках ответить на вызов новых. К их подробному анализу я бы хотел добавить ещё один элемент, присущий всем современным практикам преобразования – дистанцирование.
Bolter, Jay David, and Richard Grusin.
1999. Remediation: understanding new media. Cambridge: The MIT Press.
Дистанцирование может пониматься как средство манипуляции над доминирующим способом осуществления и понимания вещей с целью сопоставления, вызова или даже низвержения ведущих направлений.
В контексте моего рассуждения важно подвергнуть критике предположительно умышленный характер дистанцированности: действия людей по отношению друг к другу и их ожидания друг от друга в процессе взаимодействия с цифровыми медиа вызваны преимущественно их личными интересами и не обязательно являются выражением радикальных, критических, альтернативных или активистских настроений. На социальном уровне дистанцирование может выражаться, например, в феномене «чрезмерной индивидуализации» - крайнем проявлении разделения современного общества на приватные и публичные сферы, внутри которых мы ведём разговор исключительно с сами с собой.
В контексте медиа культуры дистанцирование выражается в персонализованных предложениях (и спросах) Интернет браузеров, приложениях к электронной почте и других типах так называемого «дружелюбного к пользователю» программного обеспечения.
Как заключает Бауман:
Индивидуальные проблемы и способы их решения при помощи персональных навыков и ресурсов есть единственный актуальный «общественный вопрос» и единственный объект «общественного интереса»
Зигмуд Бауман «Текучая современность»
Bauman, Zygmunt
2000. Liquid modernity. Cambridge: Polity Press.

На русском: Бауман З. Текучая современность — Санкт-Петербург: Питер, 2008. — 240 с.
В таком контексте дистанцирование относится как к неизбежной социальной индивидуализации, так и к более менее осознанному социальному акту деконструкции и ниспровержения символов, изображений и других медийных продуктов, воспринимаемых как «мейнстрим».

Цифровая культура может быть частично охарактеризована как дистанцирование индивидов от общества, сочетаемое с процессом преобразования старых медиа новыми
В отношении цифровой культуры имеет смысл посмотреть на некоторые из самых успешных онлайн приложений для повседневного персонального пользования, среди них блоги и разные способы их перераспределения служат отличным примером. Мортенсен и Уокер утверждают, что хронологический способ организации постов в блогах способствует тому, что «блоги вызывают чувство времени, определяемое моментом мышления».

Блоги в большей степени соответствуют нашему образу мышления и поведения (парадоксальным образом непоследовательное и хронологически упорядоченное одновременно) в ежедневной жизни, чем, например, способы повествования, предлагаемые в газетах и новостных выпусках, основанные на принципе отбора и линейного упорядочивания. В действительности блоггеры определяют то, что они делают как нечто относительно похожее на журналистику, однако они считаются со своим собственным голосом и уверены в особой ценности собственного мнения, за счёт чего они чувствуют себя отличными от новостных медиа.

В то же время в существенной части своего контента блоггеры фокусируются на новостях и информационных ссылках и комментариях, идущих от ведущих медиа корпораций. Блоггеры склонны дистанцироваться от того, что делают журналисты, в то время как процесс контаминации влияет на стратегии, техники и даже контент журналистики. То же самое происходит со всеми оппозиционными медиа в целом, и альтернативными в частности.
Mortensen, Torill, and Jill Walker
Neuberger, Christoph
2004. Partizipation statt Redaktion? Weblogs & Co. onlinejournalismus.de, April 23, 2004.
Смотреть:
  1. Eliasoph, Nina. 1988. Routines and the making of oppositional news. Critical Studies in Mass Communication 5(4): 313-334.
  2. Platon, Sara, and Mark Deuze. 2003. Indymedia journalism: a radical way of making, selecting and sharing news? Journalism 4(3)
Lasica, JD.
2001. 'Blogging as a form of journalism', Online Journalism Review, May 24
Смотреть:
  1. Lasica, JD. 2001. 'Blogging as a form of journalism', Online Journalism Review, May 24
  2. Rosen, Jay. 2005. Bloggers vs. Journalists is Over. Essay for the Blogging, Journalism & Credibility conference January 21-22, 2005 in Cambridge, MA.
В Интернете и в некоторой литературе актуальна дискуссия о том, должен ли блоггинг считаться формой журналистики, и следует ли журналистам быть/становиться блоггерами. Во фрагменте дискуссии на портале Online Journalism Review (09/24/2002) цитируется следующее заявление Гилмора:
Веб-блоги определённо становятся частью присоединяющегося к журналистике процесса. Я говорю о феномене журналистики, работающей по принципу «do-it-yourself». Мы имеем в виду журналистику, развивающуюся по принципам модели масс-медиа конца ХХ века, когда привратники (gatekeepers) собирают новости из первоисточников и выпускают их для читателей […] Я не знаю, к чему приведёт такое размывание границ, но я точно знаю, что произойдёт что-то значимое, что перевернёт журналистику с ног на голову
Дэн Гилмор, Online Journalism Review (09/24/2002)
В этом утверждении Гилмор объединяет появление действующей по принципу «do-it-yourself» культуры с относительно новыми видами журналистики, а также с намечающимися тенденциями набирающего обороты индивидуализма. В этом же фрагменте журналист Пол Андрюс косвенно затрагивает отношения между партисипаторной журналистикой, обычной журналистикой и процессом дистанцирования:
Формируется новый стиль журналистики, основанный на «сыром материале», взятом непосредственно из источников информации. Журналисты, открывающие новое поле, обязаны посеять хаос в институализированных медиа
Пол Эндрюс, Online Journalism Review (09/24/2002)
Если блоггинг и независимые медиа могут считаться примерами группы оппозиционно настроенных блогов, то их деятельность в некотором смысле подрывает предложенный ведущими, институализированными медиа подход к новостям. Оппозиционные медиа опираются на давнюю традицию альтернативных медиа, на так называемые гражданские медиа, работавших по принципу коммуникации, диалогичности и самостоятельно наделявших себя властью внутри конкретных сообществ.

До появления Всемирной паутины популярность таких медиа (или лучше сказать возраставшая непопулярность ведущих корпоративных медиа) была охвачена частично индустрией новостей; они заимствовали техники и стратегии так называемой общественной или гражданской журналистики – движения, зарождавшегося в конце 1980-х гг. Специалисты так определили две основные задачи общественной журналистики:
Rosen, Jay
1999. What are journalists for? New Haven: Yale University Press.
Rodriguez, Clemecia
2001. Fissures in the mediascape: an international study of citizen's media. Cresskill, NJ: Hampton Press.
1
заставить новостные агентства прислушиваться к своей аудитории;
2
заставить новостные агентства принимать более активное участие в жизни своих сообществ;
Meritt, Dave.
1995. Public journalism – defining a democratic art. Media Studies Journal 9 (3): 125-132.
В основе этого аргумента лежит нормативное предположение о том, что для выживания в XXI веке журналистике необходимо принцип отстранения заменить принципом соучастия. Необходимо отметить, что несмотря на обсужденную ранее в этом эссе культурную значимость процесса соучастия, популярность открытых к соучастию (партиципаторных) форм журналистики может быть хотя бы частично объяснена фактом противостояния предлагаемым институциональными медиа традиционным формам журналистики. Хейккиля и Кунелиус объясняют подобные «диалогичные» формы журналистики «провалом серьёзных ведущих направлений журналистики в наполнении смыслом формы подачи историй об опыте людей».
Heikkilä, Heikki, and Risto Kunelius
2002. Public Journalism and its Problems: A Theoretical Perspective. The International Media and Democracy Project paper.
Что здесь важно для моей аргументации, так это связанность процесса дистанцирования, контаминация, блоггинга, независимых медиа и журналистики как способ проявления цифровой культуры
Контаминации можно противопоставить традицию, понимаемую как восприятие надёжности или чувство безопасности, обеспечиваемое похожестью, одинаковостью, рутинностью и глубокой укоренённостью организационных форм. Выражение этой идеи мы можем наблюдать в возрастающей проблематизации (как на политическом уровне, так и на уровне журналистики) неизбежных побочных эффектов процесса глобализации, таких как мировая миграция, социальные движения сопротивления (например, борцы за свободу и террористы), популярность культуры потребления и замещение труда.

В отношении медиа, она обретает форму пылких выступлений против зомбирования и социальной изоляции, воспринимаемых в качестве побочных эффектов экранных медиа, таких как компьютеры и телевизоры (смотреть по теме работу Нила Постмана). Однако это лишь один из возможных способов диалектической интерпретации процесса контаминации.

Предложенные мной для обсуждения контаминации примеры в контексте цифровой культуры демонстрируют также, что контаминация – это вовсе необязательно отличие и радикальное противопоставление ведущим или доминирующим способам работы, а скорее выражение частного принятияе человеческой деятельности перед лицом компьютеризированной и медиатизированной реальности.
Postman, Neil
1986. Amusing Ourselves to Death: Public Discourse in the Age of Show Business. New York: Penguin.
Иными словами, общественная журналистика всё ещё активно практикуется в деятельности новостных медиа корпораций; групповые блоги определённо основывают свою работу, согласовывая этику поведения («сетикет») и учитывая такие характеристики журналиста, как авторитет, легитимность и доверие; сайты Indymedia поддерживаются, а и иногда правятся, регулируются или поддерживаются другими процессами принятия решений, развивающимися схожим образом, что и принципы работы корпоративных новостных агентств.
Смотреть:
  1. Schudson, Michael. 1999b. What public journalism knows about journalism but does not know about 'public'. In The idea of public journalism, ed. Ted Glasser, pp.118-133. New York: Guilford Press.
  2. Matheson, Donald. 2004. Weblogs and the Epistemology of the News: Some Trends in Online Journalism. New Media & Society 6(4):443-468.
  3. Platon, Sara, and Mark Deuze. 2003. Indymedia journalism: a radical way of making, selecting and sharing news? Journalism 4(3)
Возможно, контаминация и дистанцирование в цифовой культуре означают быть глубоко вовлечённым в систему и одновременно зарабатывать доверие, самоопределяясь и работая против системы или реформируя систему, находясь вне неё. Меня при таком подходе интересуют способы поддержания и развития процесса контаминации и принципа соучастия отдельными людьми в повседневной жизни, и в особенности людьми, вовлечёнными в новостные медиа или подверженными их влиянию.

Но если соучастие и контаминация – ключевые концепты цифровой культуры, то как люди распознают друг друга как носителей этой культуры, что делает их действия качественными и правомерными, и чем отличается производство и потребление в цифровой культуре от таковых в печатной, визуальной или информационной культуре? Чтобы получить возможный ответ, нам необходимо рассмотреть третий главный компонент цифровой культуры – бриколаж.
3
Бриколаж
Хартлей, ссылаясь на Леви-Стросса, определяет бриколаж как «создание предметов из подручных материалов, повторно используя предметы и добавляя кусочки и остатки». Согласно Хартлей, бриколаж включает в себя такие понятия и практики, как заимствование, гибридность, смешение и плагиат. Большинство специалистов из области медиа и культурных исследований обращаются к понятию бриколаж для описания повторного смешения, реконструкции или повторного использования разделённых артефактов, действий, идей, знаков, символов и стилей с целью создания новых идей и значений.

Отбрасывается модернистское понимание «первой вещи» как знака качества и отдаётся предпочтение сборке и исправлению многочисленных хороших копий, обладающих большим преимуществом, чем один плохой оригинал. Движение свободного программного обеспечения (The Open Source movement), реализация комплекса средств для разработки программного обеспечения (SDKs), используемые производящими игры компаниями, коллективное написание и издание новостей, книг, игр, исследований и другие виды совместного создания контента, основанного на принципе прикладного программного обеспечения «Википедии», - это всё примеры движения современной интерпретации понятия оригинальности.
Software Development Kits
- комплект средств разработки, позволяющий специалистам по программному обеспечению создавать приложения для определённого пакета программ, программного обеспечения базовых средств разработки, аппаратной платформы, компьютерной системы, игровых консолей, операционных систем и прочих платформ.
Hartley, John
2002. Communication, cultural and media studies: the key concepts. 3rd edition. London: Routlegde.
Международное сопротивление попыткам индустрий подчинить себе публикацию, регистрацию и распространение информации с целью защитить авторские права на свои материалы – отличный пример связанного с бриколажем явлением, легитимирующим такой способ работы в сегодняшней ситуации появления цифровой культуры
Открытый обмен файлами между находящимися на равных позициях пользователями сети (peer-to-peer) находится в привилегированном положении по сравнению с производимыми и завышенными в стоимости продуктами корпоративной индустрии. Бриколаж играет важную роль в области политики и политического гражданства, так как позволяет людям отличить «левых» от «правых», «прогрессистов» от «консерваторов», сталкивающихся с проблемами в процессе определения своей избирательской идентичности, особенно в ситуации наличия одной партии или идеологии.

Как заметил Гидденс, сегодня мы погружены в нашу высоко персонализированную «жизненную политику» (ещё один составляющий элемент индивидуализированного общества), через которую устанавливается наша принадлежность к приобретающим значение многочисленным публичным и частным сферам.
Giddens, Anthony
2002. Runaway World: How Globalization is Reshaping Our Lives. London: Routledge.
Ни эти значения, ни наши убеждения не являются последовательными, рациональными или преднамеренными. Бриколёра в гражданском обществе можно определить по другим признакам, выборам и стилю жизни ещё до голосования или выполнения другого рода гражданских обязательств.
Во Всемирной Сети Интернет бриколаж проявляется в том, как мы прокладываем в сети свой путь, нажимая и переходя на разные ссылки и делая публикации. Ченлер применяет бриколаж для текстуального анализа домашних страниц: «В виртуальном средстве человек может выбирать и переорганизовывать элементы до тех пор, пока не достигнет образца, удовлетворяющего ограничениям задания и поставленную пользователем цель». На самом деле ни один текст не стоит рассматривать как финальный, так как в онлайн среде, где всё постоянно находится «в режиме конструирования», процесс завершения может быть отложен на неопределённый срок.

В (онлайн) журналистике бриколаж и преобразование медиа выражаются в практике shovelware, то есть практике переопределения цели и содержания контента на ряде сайтов и медиа, ведущее за собой изменения в (потенциальной) аудитории. В режиме онлайн или в настройках к конвергенным новостным мультимедиа, журналисты повторно используют и распространяют произведённый, редактированный и иным образом преобразованный контент оригинальными медиа для других медиа. В целом новостные сайты как правило предлагают перепрофилированный контент, созданный путём объединения аудио и видео клипов, неподвижных изображений, логотипов, отрывков написанных текстов, созданных и уже публиковавшихся другими медиа.

Когда онлайн журналисты осознанно работают с ресурсами и предлагают внутренние и внешние гиперссылки на широкий спектр материалов, документов, историй, архивов и других сайтов, они приписывают идентичность активных бриколёров своим пользователям, так как дают им возможность искать их собственные пути, работая с находящейся у них под рукой информацией. Сайты Indymedia тоже являются хорошим примером подобной практики, так как они имеют свойство предлагать широкий набор ссылок на темы, ресурсы (включая иногда и аудио, и видео ресурсы), проблемы и места по всему миру.

Схожий аргумент можно применить и к тому, как блоггеры конструируют свои нарративы, эклектично ссылаясь друг на друга и на найденный ими в процессе веб-сёрфинга контент и добавляя к нему собственные идеи, размышления и аналитику, словами Бодрийяра «вторичную истину, вторичную объективность и аутентичность».
Chandler, Daniel
1998. Personal Homepages and the Construction of Identities on the Web. Paper presented at Aberystwyth Post-International Group Conference on Linking
Deuze, Mark
2004. What is Multimedia Journalism? Journalism Studies 5(2): 139-152
Baudrillard, Jean
1998 [1981]. Simulacra and Simulations. In Jean Baudrillard, Selected Writings, ed. Mark Poster, pp. 166-184. Palo Alto: Stanford University Press.

На русском: Симулякры и симуляция / Simulacres et simulation (1981), рус. перевод 2011 г., пер. А. Качалова. — М.: Рипол-классик, 2015
Среднестатистическому журналисту или политику такое кажущееся хаотичным, неорганизованным и непоследовательным представление информации в онлайн режиме создаёт проблемы по определению достоверности информации и преодолению беспорядков во избежание информационной перегрузки. Достоверная и поддающаяся контролю или нет: это то, как люди ведут себя в онлайн режиме и всё более в офaлайн режиме: практики постоянного сканирования, зеппинга, просмотра и подключения, а сейчас ещё и одновременное выполнение нескольких задач внутри разных видов, жанров и форматов.

Цифровая культура состоит из практик и убеждений бриколёров, чьи действия не следует путать с бескрайней свободой выражения и бесконечной креативностью:
Стратегии бриколёра не ограничиваются прагматикой – предпочтением целеполагания и готовностью к мануальной работе, они также представляют собой опыт и состоятельность индивидов выбирать и использовать «подходящие материалы»
Мы также наблюдаем, что бриколаж – это одновременный процесс переопределения цели и преобразования старого и создание нового. Повторюсь, бриколаж в контексте появляющейся цифровой культуры может быть рассмотрен как её главный компонент и как агент, ускоряющий процесс её появления.

Вопрос заключается в том, как такое особое понимание цифровой культуры помогает нам понять важность процесса определения и изучения такого феномена как Indymedia. Я думаю, что прежде всего мы должны признать, что наше общество функционально дифференцированно до того, что мы полагаемся на бесконечное число других людей или групп людей в обществе, чтобы выжить. В домодерновую эпоху такие люди жили бы по соседству или в замке близ нашей фермы. Сегодня такие люди могут работать где-нибудь на фабриках или в call-центрах на другой части света, однако наша взаимозависимость лишь усиливается.

Если верен мой анализ цифровой культуры, охватывающей весь мир – в особенности людей, находящихся в проводных сообществах – и понимаемой как набор элементов, практик и ценностей, то можно ожидать волновой эффект для всех подсистем, групп и людей

Понимание характеристик такого социального феномена как открытые публикации, введённого Indymedia или практики группового и индивидуального ведения блогов и (радикальной) онлайн журналистики могут содействовать в распознании незаметного сдвига в связанном комплексе социальных систем, таких как политика, экономика и «креативные индустрии».
Uricchio, William
2004. Beyond the great divide: collaborative networks and the challenge to dominant conceptions of creative industries. International Journal of Cultural Studies 7(1): 79-90.
По этой причине я утверждаю, что цифровая культура создаётся, воспроизводится, поддерживается и реорганизуется внутри этих социальных систем. Удивительно в цифровой культуре – и отличает её тем самым от печатной, визуальной или информационной культуры – то, что она укрепляет связи в сообществе и одновременно может подпитываться изоляцией
Другими словами, мы можем быть соединены (или чувствовать, что соединены) со всеми внутри системы – например, через чаты, постоянный обмен сообщениями, групповым блогом, трекбек-системами или RSS-каналами в случае с персональным блогом, групповыми дискуссиями пользователей, электронной доской объявлений (Bulletin Board Systems), социальным программным обеспечением (как Friendster или Orkut), децентрализованными сетями (P2P networks), СМС-телевидением и т.д. – и одновременно быть изолированными ото всех, сидя в одиночестве напротив экрана за рабочим местом дома, в офисе, публичной библиотеке или в Интернет-кафе.
Цифровая культура не производит и не поддерживает себя сама путём получения доступа к устройствам и соединения с ними, она отсылает к своим конкретным ценностям, ожиданиям и практикам, предпочитаемым другим.
Хороший пример тому появление так называемого «сетикета» (сетевого этикека) – развивающегося набора этических правил, управляющего онлайн публикацией и общением. Иногда эти правила формулируются в противовес тем, которым следуют корпоративные медиа.

Предпочтение отдаётся персональным экспериментальным аккаунтам, нежели профессиональному отстранённому наблюдению; объявляется открытый для всех доступ вместо доступа, основанного на институциональном положении экспертной оценки; больший вес получает обеспечение работы платформ по принципу «снизу вверх», позволяющее услышать отдельные голоса, нежели устройство «сверху вниз», когда сообщение передаётся «сверху», исходя из представлений об общем «массовом» восприятии.

Повторюсь, мы должны понимать, что эти ценности не появились внезапно, как только первый компьютер был подключен к сети. Происходящий процесс – это ускоренное принятия этих ценностей путём непрерывного распространения доступа в Интернет и его использования и заполнение этим процессом оппозиционных социальных движений и профессиональной журналистики, вдохновляющих появление независимых медиа и партиципаторных новостей.
Другими словами, цифровая культура, описанная через её ключевые элементы – соучастие, преобразование медиа и бриколаж, - поддерживается через постоянный процесс производства контента, происходящий в частности онлайн режиме (блоггинг, Indymedia, радикальная журналистика).
4
Заключение
Существуют определённые последствия для работы в поле цифровой культуры, вне зависимости от того, включается ли исследуемый феномен в киберкультуру или нет. Значимость артикуляции главных компонент цифровой культуры заключается в том, что позволяет изучать и анализировать многочисленные и связанные между собой социальные системы в рамках единой исследовательской конструкции. Позвольте коротко остановиться на этом вопросе и посмотреть на связанную с медиа профессию, преимущественно о которой и говорилось в этом эссе, - журналистику. В любых новостных СМИ мы наблюдаем, как журналисты пытаются примириться с ролями привратников (gatekeeper), контент-менеджеров и координаторов взаимодействия.
В действительности же наряду с существующими иерархическими моделями ведущегося сверху вниз повествования, основанного на идее «рассказать людям то, что им нужно знать», появляются новые типы диалоговой и интерактивной журналистики.
Соучастие как ценность и ожидание ведущих направлений журналистики впервые было признано с появлением в газетах омбудсменов – должностных лиц, следивших за соблюдением интересов конкретных групп населения – и представителей читательской аудитории, ставших неотъемлемой частью организации деятельности новостных отделов по всему миру.

В Японии и Швеции они появились в начале ХХ века, в 1960-1980-х гг. распространились в США, а в 1990-е годы в Нидерландах и других странах Европы. В телевизионных новостях соучастие осуществляется через опросы общественного мнения, проводимые через телефонные звонки, СМС-сообщения или с помощью программы на веб-сайте. Принцип соучастия идёт дальше в режиме онлайн, пока медиа корпорации двигаются навстречу сайтам так называемой «гражданской журналистике», которые вплетают в контент, отобранный редакторами контент, созданный пользователями.

Примеры подобной работы – порталы Blufftontoday.com в США и Nieuwslokaal.net в Нидерландах. В деятельность новостных агентств включаются также и блоги, например, Le Monde во Франции и the Mail & Guardian в Южной Африке предлагают своим онлайн-читателям модерируемое блоговое пространство. Эти примеры, созданные внутри профессиональной новостной системы, предполагают значительный рост уровня соучастия.
Van Dalen, Arjen, and Mark Deuze.
2005. Ombudsman en lezersredactie bij Nederlandse dagbladen. Tijdschrift voor Communicatiewetenschap 33(1): 32-50.
Связав их с упомянутыми ранее практиками, такими как переопределение цели онлайн и офлайн контента, система внешних ссылок, зеппинг и другие формы случайного пользовательского доступа к контенту, совмещёнными с обыденным производством данных.
Всё это делает возможным понять использование концептов преобразования медиа и бриколажа с точки зрения обоих – производителя, и пользователя. Необходимо прояснить один момент, связанный с историчностью этих тенденций: ни одна из них не «новая», современное состояние принципа соучастия, бриколажа и преобразования медиа в контексте использования и создания новостных медиа можно охарактеризовать как преобразованная версия того, что появилось раньше. Не смотря на то, что такие технологии всё ещё остаются закрытыми для профессиональной журналистской системы, примеры показывают, что журналисты в своей текущей работе как никак пытаются придать значение цифровой культуре.

Если мы рассмотрим другие социальные системы, как например политику и экономику, большая часть современных тенденций в них мы бы сочли за проявление бриколажа, дистанцированности и соучастия. В политике мы наблюдаем изменения в представлениях о понятии гражданства и гражданской активности – членство в партиях и лояльность избирателей остались в прошлом. В экономике меняется представление о потреблении, выражается оно в переходе к системе «оплаты по факту использования» (pay-per-use, Cisneros, 2000) и «эпохе доступа» и постепенного исчезновения феноменов собственности и приверженности бренду (brand loyalty).

Rifkin, Jeremy
2001. The Age of Access: the new culture of hypercapitalism, where all of life is a paid-for experience. Marston Mills: Tarcher.
Описанная в этом эссе цифровая культура не заменяет другие типы медиа культуры:
Во-первых, все культуры существуют бок о бок, частично перекрывая друг друга, и за разными ценностями в разных типах медиа культуры стоят разных вещи: например, бриколаж в электронных медиа может означать зеппинг-режим просмотра телевидения (режим переключения каналов на пульте) или прослушивание радио в режиме сканирования. В то же время как в цифровой культуре биколаж может отсылать к объединению второсортной правды через внешние переходы по ссылкам.

Во-вторых, в тот момент, когда мы называем и определяем культуру, она становится чем-то другим. Нет такой вещи как «единственная цифровая культура», так как наличие культуры означает процесс создания культуры, она, согласно замечанию Герда Баумана «две вещи в одной», это двойственная дискурсивная конструкция. Мой анализ главных компонентов конкретизирует понимание цифровой культуры, а также утверждает о её процессуальном преобразовании и подразумевает, что обозначенные компоненты скорее являются условными тенденциями, нежели определённым набором характеристик. Этот подход будет иметь последствия для нашего способа работы, общения и придания значения нашей жизни.
Baumann, Gerd
1999. The multicultural riddle: rethinking national, ethnic, and religious identities. London: Routledge.
Нынешние представители высокого и среднего класса во всём мире находятся одновременно и в локальном, и в глобальном сообществе, они индивидуалисты, одновременные объединённые друг с другом; высокий и средний класс состоит из людей, являющихся одновременно гражданами и общества, и сети Интернет.

Некоторые из наиболее громких дебатов последнего времени об аутентичности и оригинальности, самоопределении и социальном единстве, справедливости, равенстве, идентичности уже подвержены влиянию появляющейся глобальной культурной системы. Социальные системы также чувствуют влияние возникающей культурной согласованности, особенно это касается традиционных институтов современности – парламентарной демократии и корпоративной журналистики.

Обсуждая блоггинг, независимые медиа и (радикальную) онлайн журналистику я стремился обобщить представления о ключевых элементах цифровой культуры, связав их с часто звучащей обеспокоенностью индивидуализмом и глобализацией современного пост-национального общества, чтобы показать появление новых видов гражданской позиции, соучастия, активизма, диалогичной и интерактивной коммуникации.